Рецензии ИСЭ Горбата, Деда Хоссана
(под ред. Валерия Нугатова), Вадима Банникова, Максима Плакина, отзывы ЫЫЙЙ
(под ред. Сергея Бирюкова) и
Бориса Гринберга
на книги С. К. К.
Рецензия ИСЭ Горбата на "Монаха слёз"
Три буквы
(опыт генерирования рецензии на сборник «Монах слёз» С .К. К.)
Генерация первая
Высказывание, обретшее себя в поэтическом образе, в каком-то роде похоже на подростка, выпущенного из родительского гнезда в огромный мир.
Высказывание скитается.
Переносит на своих семантических костях отзвуки трепетной шлифовки автора.
Встречает читательский глаз и задает ему вопрос:
Высказывание: Что же я такое?
Читательский глаз обескуражен. Разве способно Высказывание само по себе задавать вопросы? Страх перед совершенным чудом обретения самосознания у Высказывания сковывает Читательский глаз, обрекая его на неспособность выразить хоть толику напавших на него из засады ощущений. Отталкиваясь от паники окутавшей его хрусталик он отвечает:
Читательский глаз: Мне сложно выразить это словом, но я чувствую в тебе что-то иное мною непознанное до конца и меня это пугает.
Илья Соловьев (сидя на скамейке и читая сборник «Монах слёз»): Мне нравится читать эти поэтические тексты, но как мне начать рецензию так чтобы, она соответствовала рецензируемому произведению? (гладит бородку, размышляет). Самый оптимальный вариант начать со слегка заумной и абстрактной притчи о Высказывании и Человеческом глазе, после чего ввести самого себя как персонажа который размышляет о том, как ему лучше начать рецензию и решает начать со слегка заумной и абстрактной притчи о Высказывании и Человеческом глазе. Звучит вполне в моем стиле. Но а каков стиль сборника? Может ты знаешь Вторая генерация?
ВТОРАЯ ГЕНЕРАЦИЯ: СТИЛЬ СБОРНИКА ОБРЫВОЧЕН И РАЗНООБРАЗЕН. КАЖДЫЙ ТЕКСТ БУДЬ ТО МОНОСТИХ ИЛИ МОНОЛИТНЫЙ ВЕРЛИБР, ЗАКЛЮЧЕННЫЙ В ПРОЧНЫЕ ПЛЕЧИ АБЗАЦА, ВЫНОСИТ ЗА СКОБКИ СОБСТВЕННУЮ ВЕРБАЛЬНОСТЬ, СОЗДАВАЯ ПРИ ПРОЧТЕНИИ ЧУВСТВО СОПРИЧАСТИЯ СОБСТВЕННОГО РОЖДЕНИЯ. ЧИТАТЕЛЬ СЛОВНО СТАНОВИТСЯ АКУШЕРОМ, ЧТО ПРИНИМАЕТ РОДЫ СОВЕРШЕННО ИНЫХ ЗНАЧЕНИЙ ОБЫДЕННЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ. ТАИНСТВО ФОРМИРОВАНИЯ МЫСЛИ В ФРАГМЕНТИРОВАННОЙ СТРУКТУРЕ СБОРНИКА ЭХОМ ПРОНОСИТСЯ ПО БРОВЯМ, ГУБАМ И ДРУГИМ УЧАСТКАМ ЛИЦА, ЧТО НЕПРЕМЕННО АКТИВИЗИРУЕТСЯ ВО ВРЕМЯ ЧТЕНИЯ ПОЭТИЧЕСКИХ ТЕКСТОВ. ТЕКСТЫ НЕОДНОРОДНЫ. ТЕКСТЫ НЕОДНОЗНАЧНЫ. К НИМ НЕЛЬЗЯ ПРИМЕНИТЬ «НРАВИТСЯ» ИЛИ «НЕ НРАВИТСЯ», ТАК КАК ТЕКСТЫ САМИ В СЕБЕ НЕ РАЗОБРАЛИСЬ ДО КОНЦА. ИХ ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ СОЗРЕВАНИЕ, КУЛЬМИНАЦИЯ ИХ ЭТИЧЕСКОГО И ЭСТЕТИЧЕСКОГО РОСТА ПРОИСХОДИТ В СОЗНАНИИ СОЗЕРЦАТЕЛЯ В СЕРДЦЕ ЧИТАТЕЛЯ, В ЗРАЧКЕ РЕЦЕНЗЕНТА.
Илья Соловьев: Благодарю, Вторая генерация…Хммм, а если посудить здраво, то любое произведение это цепочка фрагментов связанных друг с другом семантическими сегментами, что в сознании обретают осмысленность в зависимости от того, что ищет сознание и к чему стремится… Хммм, а если посудить не здраво, то можно выкопать яму глубиной в шесть метров, забраться предварительно, запасшись квасом и сидя на самом дне, повторять «Родился чтобы быть. Чтобы быть, я родился»…Хммм, а если не вдаваться в крайности и попытаться собрать всё в пучок, привести хаотичные сдвиги рецензирования в более упорядоченное русло то…Нужно ли это делать? Разве наслаждение и упоение процессом написания любого вида или жанра текста не является важнейшим элементом современной литературы? Неужто все должно быть вычурным и серьезным, стилизованным под научные статьи или вовсе представлять из себя клубок метафор, больше показывающий интеллект и само мнение рецензента, чем заслуги автора и его произведения. Мне хочется сухо излагать плюсы и минусы. Мне не хочется ковыряться во влияниях и заимствованиях, читая это сборник, мне хочется творить…Хочется искать разные новые лазейки и щели новых возможностей текста … Разве не это самое прекрасное, 3-я Генерация?
3-я Генерация: ДА! Оно самое!
Илья Соловьев и его Генерации еще долго рассуждали над тем, как можно наиболее корректно и точно описать сборник «Монах слёз», пока не пришли к выводу что точность и корректность это всего лишь условности, а так как сборник разбивает многие условности в пух и прах, Илье Соловьеву и его Генерациям остается только продолжать свои рассуждения, чтобы в процессе проб и экспериментов прийти к наиболее совершенному выводу о сборнике…
А пока…
Остаются только фрагменты….
Фрагменты, скрепленные друг с другом тремя буквами…
С. К. К.
Рецензия Деда Хоссана (под редакцией Валерия Нугатова)
на "Эзотопы"
Дедужхеннэ рейZZэндзео нно хнежьхё уннучехэ!
БрейVед! Тюд од уннучехэ бпэбройZZеллэ дедужка пэобцюжьдодь ZZё хнежэчьхэ цдейхэ пъьъдZZео уннучеха Хюьдренно Цэйрожэ тойкэвэ! Пэд ннозвойннеэм ЕХZZЁДЭБПЭ! еллэшёйдо тойкоэ ннобпэдойбео хзтоте!
Нню шё дедужко мойжэдь ZZё ендо дейлло цхойззодь вом уннучехэ!?
Хнежечьхэ бполюйцэллоцё ув уннучехэ дьлейнноэ ZZёпюдойнноэ и мецдоме дойжэ цмежьнэо! Ходё мейцдомэ и ннэбпэйннёдноэ хзтоте! А пойдомюшё то бпэ рюйZZьхэмю ннопейцоннэ! То ннэ бпэ рюйZZьхэмю! О то вэпжьчэ мэрьZZёньхё койкоэдо хзтоте! О бпэ хоZZённэцьхэмю ннэхюо хзтоте ннэ ннопейцоннэ! Е едо хойннежьнэ хюэвэ! О тох хнежьхэ ндерецнэ чейтодь! Пойдомюжё ннэйчовэ ннэ бпэйннёднэ хзтоте! Е рейхмэ бэвоэдь эжчой хзтоте ZZёэббоньц! Нню о ZZё ZZёйдоннезьмо еZZVэорэбпцдвовоэдь шёпейZZдець хзтоте!
Едо ец бпэлойжэделнэх мойммендэв хзтоте шё дедужко эдмейдел!
Тойпэр пейрэхойдем кх эдрецоделнэм уннучехэ!
Цёймоэ хловноэ ннэдоцдодэх хнежэчьхэ ув тэм цёцдоэдь! Шо мойлловодэ ZZё дедужка! Нно едо хзтоте ZZнойхёмэо цейдюьойдцэо! Е эжчьой хойнежьнэ мойллэ шюйдедь ZZё жэбпэ! Пойдомюшё дедужко цройзюжь брейдюмолло рейхмо ЕХZZЁДЭБПЭ – ZZЁ ЖЭБПЭ! Едо хзтоте можьнэ бэйлло цпэлZZэвоводь уннучехэ! Е бэйллоб нномнойгэ цмежьнэо! Нно ендэ хойнежьннэ увжёй бредерхэ цдойрехэфцьхоэ хзтоте!
О тох хнежэчьхё бпэлюйцэллоцё ннэхюэвоэ уво фцьох эднэжэнеох! Е брейёднэ чейтодь!
Тох шё дедужко фцёцэцьхэ рехойммэндововоэдь хк брэчьдейннео е эпцюшьдейннео уннучехэ!
Пойко!
ZZё дедужка!!!
А. Р. УVZZцёанн,
вожь ец нноме уннучехэ дедужко луйбемоэ!
Рецензия Вадима Банникова на "Эзотопы"
ЭЗОТОПНОСТЬ как принцип само-говорения гумуса
Читая собрание ЭЗОТОПЫ (Автор – С.К.К.). наоборот, кажется, Автор (или Актор) словно взламывает структуру пространства адресаций. (чему свидетельством является «птичность» используемых звуковых нор) - иначе говоря, так, как это ближе к современным делам, скажем, о гумусе, то есть перегное из мусора, проволоки – иначе же что еще есть мицелий как не мусор.
Но Сергей Кудрин не согласен.
Автор, подобно птичьему языку мем-пабликов про герметики (некие тулкиты для ремонта почти всего, начиная с труб (аналог нор)) как бы достает из мусора кусок нерва – грибы и проволока – вот нервные окончания, стоим их вынуть из земли, отмыть – и они обретают биологизм и соответствующую экологическую охрану (ак например некоторые виды альбатросов и полевых мышей) (как в цикле , здесь приведено скорее всего с опечатками, но это того стоит : из цикла ПРЕРЫВИСТЫЙ ЧЕМЕЛИ^
Канал был ^астрое^ коряво.
^а ко^такт отклшыулся
^астав^ик с вялотекущей 0изофрешей — Витруб. «с керамическим цветочным горшком в изголовье кровати завали-ваюсь дрыхнуть. Умоляю, навести меня, диковинная София. Поведай о возможных мирах, в коих мы наконец нашлись под нескончаемым градом в разгар сиротливых вечеров. Яви целительскую милость — защити нас пентаграммами от завидующих разведённых, что бабахают сглазами в кого попало. Прошу, окопаемся в метафизической цитаде¬ли, чтобы очухаться невредимыми...»).
Но одновременно это и библиотека мемного, коллективного, как например ТГ каналы адвентистов, но здесь С. Кудрин упоминает слои коллективной субъекции прошлого в настоящем. Как видно из анализа группы морфем под общим названием РУССКИЕ ПОТАЁННЫЕ ВЭРВИДЫ (ИЗБРАННОЕ), посвященных жизнедеятельности журнала «на» (зачеркнуто) «Транспонанс» (постоянно проверяю как пишется это слово) – то есть, конечно же это не какой-нибудь эзотоп а эзоп, досредневековый любитель каламбуров, или же собиратель мнений участников церемонии тект (СТ)одвижения.
В другом цикле прослеживается стратегия оживления НЕКРОВИТА. Как об этом указано самим автором: «Некрореализм — художественное течение, возникшее в Ëенинграде в начале 1980-ых гг., которое миксует в себе искусственное (некро) с естественным (вита). Оно использует кино как основной медиум, периодически забредая в окрестности живописи. Ñ сентября по октябрь 2011 года в Ìосковском Ìузее Ñовременного Èскусства состоялась масштабная выставка этого направления. На ней было представлено около 200 арт-обúектов. Ñреди них я отобрал наиболее животрепещущие, которые инспирировали меня для написания нижеследующих фантазий»)
Одновременно заныривание в плодотворный гумус – не есть ли проявление того самого алхимизма о котором я сказал выше.
Это движение совершенно ясно в СтихоСатьях АЛХИМИЗМ, ГАДАНИЯ В РОССИИ ПЕРВОÉ ЧЕТВЕРТИ ÕÕI ВЕКА
Произведение «ТОРЖЕСТВО МНОГОТОЧИЯ (негодная арабская геомантия)» является продолжением этой необходимой работы засевания поля, которая оборачивается рассеиванием земли через решетку. Точечная поэтика умолчания не молчит, систематизация ящиков, иначе же – антиземля, белок яйца до денатурации, скорлупа от яйца,( иначе «геомантия») сложенная в аккуратном порядке ясно зачем –
Ряд строк с заглавием «В ÝНИГМАТИЧЕСКОМ USB-ÔЛЕШ-НАКОПИТЕЛЕ» прекрасный пример возможно действительно найденной поэзии, между двумя текстами-картографиями гематрии.. БЕССМЫСЛЕННЫЕ ЧИТ-КОДЫ и НЕГАТИВНАЯ НУМЕРОЛОГИЯ Аëôàâèò äëÿ ðàñ÷¸òà.., но прежде всего не Автором, а читателем чужого Flesh (плоти, записанной в плоть всегда чужой, так как плоть как выясняется не может принадлежать сама себе – это ключевое следование обратному прочтению).
В этом тоже можно заметить некое движение просеивания – как на недавнем ноунейм шортсе в соцсети - земля, стоит хорошенько ее потрясти, дает убедительные аргументы в виде своего философского содержимого.
Постепенно, читая ленту книги снизу вверх, точность и убедительность данных инструкций становится еще ясней. (Любая вещь может стать чем угодно, как из любого комка земли можно что-либо слепить либо сделать фокус со слепотой и преломлением света).
Не этим ли является заявленная в инструктивном ключе, а так же в визуально напоминающем манускрипт магического делания (третья!) адресация третьего дейтерия ((с двойным!) нейтроном) что-то такое можно прочитать в эзопическом ключе натрия и калия, а также если мы пойдём выше и ниже.
Выше: («ЗВУЧАНИЕ ВОЛШЕБСТВА
Деформированные названия для гностических гимнов» - иначе – жердевая гематрия)
Ниже: («БЕССМЫСЛЕННЫЕ ЧИТ-КОДЫ» - иначе же – таблица умножения морфем на числа)
Всё это – антиземля (анти-гумус, анти-мицелий, анти-кладбище, если так угодно; а если и сочащийся некроз, то такой, который равен более чем живому отравленному колодцу) чему дана расшифровка, например, в тексте «РАСКОЛДОВАННАЯ ТЕУРГИЯ{провалы техноэвокаций — бесцельные призывы} Появляющиеся сущности сбоят беспрестанно» через подсказки именно (вне!) выделенного жирным текста с тем значением, что следует читать именно НЕ выделенное.
Так, например текст «
Тропик
LOP
158
куйцовсчучноватыйпернемдамгрипсхольмскийсмамалевмч
Серад
NIOBNI
282828
ащпальготневидимыйноекипкрозовыйипохединорогаметист»
следует читать (памятуя о инструкции ТОРЖЕСТВО МНОГОТОЧИЯ
(негодная арабская геомантия)):
«куйцовсчучноватыйпернемдам <……….> смама <………..> мч»
«ащпальгот <……….> ноекипк <………..> ипох <………..> аметист»
Замечаем для себя как по иному звучит здесь воззвание «ипох», что стыкуется со смежными практиками журнала «Транспонанс», например, в цикле блек-аут инструкций).
«аметист» - это вводное обозначение цветастого силиката ((др.-греч. αμέθυστος, от α- «не» + μέθυστος «быть пьяным») (вспомним другую цикло-книгу С.К.К. «Время Сомы», ведь быть пьяным и не быть пьяным этот тот же вопрос как и соотношение земли и антиземли в творческих предпочтениях Автора). (Фиалковый аметист в виноглазом Порфирии).
Но внутри птичьего языка возникают одеяния анахоретов, уже заранее знающих кто придёт опираясь на посох, оставляющий лунки в гумусе того, что следует за сброшенной семантикой Технэ, в поле анти-земли , анти-Технэ, анти-элементности если угодно к тому, что в итоге возникает как редкая возможность что-то вычленить из того, что следует – Эзотопность – принцип самоговорения гумуса.
Рецензия Максима Плакина на "Время Сомы"
Ввиду обстоятельного пост-комментария Вадима Банникова к сборнику***
***
Время Сомы как время сомов – которые являются частью лунной поверхности Возделывания Хоры – в жаркий лунный полдень вызывает дикую жажду откручивания и\или ответривания. Квадраты слогов действуют как кристаллические микстуры (катка Гекаты?). Нет. Электрические вестницы, сомнамбулы-скаты.
Куда же мог отправиться бесконечный и новоявленный Лотреамон-Зангези, сорвавший пламя позвоночника Винни-Пуха – древнего парфянского царя, которого помнил \ или по крайней мере \ мог запоминать в том числе и однофамилец известного поэта сухих листьев, застывших в последних корчах Шибальбы \ – кроме так не не туда?
Пропуск слов через яму ямбов, червоточину вспаханного луча, который когда-то был пойман, являясь по сути никем кроме пятна на черепе Миякодори.
«Во славу окончания реинкарнаций/|||» – прочитал я кажется, на девятых страницах ПДФ файла – этой голографической стиральни, брызг, сомы, которые не пьют сому, но размешивают её хвостом –
Таком был вердикт, в котором не было ни одного Ильянена (или был (как бы и Марсель мало чем отличается от Ворошиловграда)). (восемнадцать тысяч раз гуманизм означал это же самое).
Deux ex machina был хорошо смазан и заправлен мета-лётными камнями, – перечниками со-пластов – Свойства Глины: глаз одного – а ладонь, равно как и пузырьки голоса кого-либо иного.
Так в общем-то это и не должно работать! Чему, например, посвящён раздел гаданий на двадцатых страницах книги (потому что страницу всегда можно скопировать и размножить и будет книга 20 й страницы, или книга 21-й etc.). (прим. после разделки мяса безглавой Кхорой, (здесь по желанию издателя
можно вставить соответствующий рисунок).
Общим местом, говорил мне Зангези только что, пообщавшийся со мной-читателю, является Лютик – известный персонаж, которого все помнят, даже если понятия не имеют кто это. Сомы-Цукуёми…
Спускаясь по сфирической древесине бимбо, в толстом, рубиновом халате малкута-квалитата шла укладка закабаления. – Толстое, жирное, полное, широкое закабаление экстатиков, продолжающих – даже если бы это и вправду не было взбаламучиванием, набираться пива-ума и вместе с теми.
(Тут я отчётливо представил оскал Гая Мэддина, который на самом деле оказался очередной медицинской судорогой чего-то, что и вправду одушевляет).
За частоколом алкамнезии видны только части названий многократно четвертованного. – Вязкие (после обжигания, глины показывают большую вязкость) кристаллы легче подделывать, покрывая хоть-чем-нибудь. Мехом? – тогда это гигантский меховой рубин, какого и не было. Мало того, это ещё и рубин, в который можно вдохнуть – Он вздрогнет, отряхнётся и медленно поплывёт куда-то по своим пьяным делам. Атлант нарядил свои штаны слово карточный дом на платных полутонах и в грусти – зачем это всё уже было замечено, – делами сомов.
***
я сосредоточусь в своей рецензии не столько на критическом аспекте, сколько на собственном впечатлении, причём достаточно уникальном. Стихотворения из «Время Сомы» производят своего рода эффект зловещей долины; я не имею в виду категорию подлинности; просто впервые я открыл файл книги в два часа ночи и испугался — что, в общем, с поэзией у меня бывает крайне редко. Нет сомнений: в подобную суггестивность автор и метил. Вспомнилось, как однажды в детстве я пытался открыть документ определенного формата — через другой формат, через txt. И когда его открыл, то увидел очень много непонятных мне букв непонятного мне языка, к тому же ещё — целую россыпь странных, пугающих символов, из неразберихи которых иногда проглядывались знакомые мне смайлики: ;) :) :::). И вот от этих подмигиваний и улыбок, неожиданно мной опознаваемых, становилось ещё страшней. Так и в настоящем сборнике между концептуальными, что называется, и экспериментальными стихотворениями вдруг выглядывает вполне традиционная речь, только усиливающая вышеназванный зловещий эффект. И за как минимум за это стоит сказать спасибо Сергею Кудрину.
Отзыв на три книги С. К. К.
("Монах слёз", "Эзотопы" и "Время Сомы"
ЫЫЙЙ
(под ред. Сергея Бирюкова)
ОТЗЫБ БЫЗТО НА КНЫГЫ С.К.К.
Кандюг брадурит безбнадег кур кадёг икузат радудёг брррр убррр абсудёт.
Винтаразбутберсацакутлебетдеталитазборвануткрыыыыбуртузякчузякабдутат.
Но витузад азурат кудрат ююююююююююююююю но не ту убрат карто сто но.
Бадлю во бодюр и балди но вертен кубыть радут асанду.
Бодуэн де Куртунэ абсолют мигат мегаайт меговат, но стират и купат кромеш!
ПоследУй волчи обребай ончи равретай зурчи набетй абсулети кондоминимум
анжабам кузам к хоеЯм кладурям дурам насмечуй а не тям вузям крубатарям
гузлям разибумзюзямкирзубурямлетикчуям!-»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»
ЫЫ ЙЙ
Отзыв Бориса Гринберга на все книги, в общем,
и на последнюю, в частности
("Оккулит-ра")
ОБХОДИМОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ
За четыре с хвостом десятилетия литературной жизни, это лишь четвёртый мой текст, который можно отнести к «критике». По той простой причине, что критику как литературный жанр (не путать с аналитикой) сильно недолюбливаю. Уж больно клиширована. Что не мешает общаться, и даже дружить со многими писателями в этом жанре регулярно работающими. К чему я веду, собственно. Всё ниже напечатанное – не рецензия, а чисто впечатления профессионального любителя авангардной поэзии от прочитанной книги авангардной поэзии. Причём книги поэта нового (для меня) поколения. Не скрою, с опаской начинал знакомство с творчеством С.К.К., поскольку, несмотря на то, что к поэтам, шагнувшим на авангардное поле, отношусь с заведомым уважением (всё же впереди - ни славы, ни читательских восторгов, ни тиражей с гонорарами, ни, ни, ни… ожидать не приходится, а поэта туда что-то всё-таки ведёт, влечёт, тащит), однако и среди них встречаются как шарлатаны, прикрывающиеся сакраментальным «я так вижу», так и просто мошенники… (Впрочем, в значительно меньших количествах, чем среди силлаботоников, не говоря о верлибристах).
И здесь уже можно резюмировать – С.К.К. не разочаровал! Читать (смотреть, всматриваться) интересно, часто – забавно. ОчеВидно, что автору нравится сам процесс (а для поэта это едва ли не самое главное) сочинения, процесс игры со словами/числами/буквами/знаками, и читатель, даже скептически настроенный, невольно «заражается» игрой, пытается разобраться в правилах, и, когда удаётся разобраться, испытывает почти детскую радость.
«ОККУЛИТ-РА»
Теперь о самой книге «Оккулит-ра». Мне показалось, что автор в ней сделал трудный шаг, шаг навстречу читателю. Приёмы, и правила их применения стали более прозрачными, понятными, или хотя бы легче угадываемыми. (Хотя не исключено, что я просто «причитался» к автору.) Некоторые приёмы не новы – ну трудно меня удивить чтением назад или «негра-мотным» расположением букв в словах (сразу вспомнился ныне московский авангардист Ерог Зайцве), однако применение этих приёмов виртуозно, остроумно и «новизна» перестаёт иметь значение. (Вообще, ироничность, самоирония, остроумие – главные плюсы этой книги (для меня во всяком случае). Во всяком случае, Сергей, пардон – С.К.К., не натягивает на голову нимб и не несётся на Пегасе на вершину Парнаса, дабы нести свысока божественные откровения. Что для нынешней поэзии – редкость.) И нет, не все «законы автора» я распознал. Например, всё что связано с латиницей у меня вызывает отторжение с самого детства, поэтому эта часть книги для меня просто «выпала», но, согласитесь, это моя проблема, а не автора. Что мне не понравилось (опять же, это исключительно моё восприятие) – излишняя скрупулёзность. Например, «ЗАЦЕНЗУРИРОВАННЫЙ ЦЕРЕМОНИАЛ» мне показался «затянутым», на мой взгляд, хватило бы двух-трёх «избранных» текстов. Тем паче, что «Прекрасное зачёркнутое четверостишие» Казакова превзойти невозможно. Похожая ситуация с творениями «СУПРАНАТУРАЛЬНЫЕ ПОЛОТНА». Концепция понятна, но действительно блестящие визуалы – «Трамплин» и «Неваляшки» попросту теряются среди остальных полотен. Прекрасный поэт, друг и брат по разуму Герман Лукомников многожды обращался к цифирям, однако вспоминаю я лишь 96% (шрифт я подобрал не самый удачный, но смысл в том, что 96 и % выглядят почти идентично). Так вот, из «Полотен» я буду помнить только четвёрки и восьмёрки, гениальные визуалы. Но опять же, для С.К.К. вполне общий концепт может быть важнее частных откровений. Могу понять.
Итого – книга удалась. Всем любителям авангарда – к прочтению!
С уважением к Автору и Читателям,
Борис Гринберг.
