СЧИТАЛКА
зверь деньской
не верь вершинам
подвиг первый
соверши нам
будь последний
будь пустой
соверши поступок
стой
ПЛОХОЙ
жил я в ленинграде
городе большом
в городе-герое
рос я плохишом
не любил я родину
не любил людей
и ловил по крышам
сизых голубей
не для голубятни
не для разных дел
я живьем их жарил
и без соли ел
мясо голубиное
жженых перьев вонь
я любил оранжевый
медленный огонь
умер я подростком
утонул в неве
стал дурацкой песенкой
в чьей-то голове
СИКВЕЛ
Из леса вышел человек
С дубинкой и мешком,
И был он жив,
А может, мертв,
Но точно был с душком.
Глазами тусклыми, как мел,
Он в никуда глядел,
Он просто шел,
Не спал, не пел,
Бесшумен был и бел.
И наконец он стал, как столб,
И произнес с трудом:
— Какой сегодня
День и год?
И где тут этот дом?
Его увидеть не пришлось
Ни мне, ни вам, ни нам —
Давным-давно,
Давным-давно,
Давным-давно он там.
ЛЕКАРСТВО
отшумели наши рощи
опустели города
мертвым жить намного проще
мертвым горе не беда
знай себе мерцай туманно
преломляя лунный свет
у космы и дамиана
от любви лекарства нет
от любви несчастной лечит
только невская вода
в ней танцуют чет и нечет
спят в обнимку нет и да
ВЫХОД
вышли мы из леса
вышли мы из чащи
ради интереса
к жизни настоящей
топаем мы полем
по следам горячим
все обиды помним
за зубами прячем
постоим помолимся
словом не обмолвимся
а когда опомнимся
кровушкой умоемся
уж такая речка
под ногами плещется
всякий кто в нее войдет
от обид излечится
АТАМАН
Черен, мразен, безобразен,
неулежчив, как елда,
бьется плешью Стенька Разин
в стену тесаного льда.
Рот его немей немого,
перекошены зрачки...
Атаман! Еще немного,
и сыграем в дурачки!
Козырями-косарями,
нам швыряться не впервой,
воевали мы с царями,
не дружили с головой,
а теперича настали
золотые времена —
это злато крепче стали,
эх, рванина-ранина!
Это злато злее злого,
круче слова-серебра,
в мире нет верней залога
и добротнее добра.
Посмотри, как девки пляшут:
вверх ногами, вниз косой,
кого хочешь распояшут
и зальют глаза росой.
Как одна одеты в сети,
как одна жарки, влажны,
нам с тобой русалки эти
не нужней твоей княжны!
Собирайся понемногу
из обрубков по частям,
а душа найдет дорогу
к коже, мясу и костям!
СЧИТАЛКА
семипалый семипалый
погоди не уходи
что там между грудью впалой
и руками на груди
против дыма против света
против правды против лжи
семипалый что же это
что ты прячешь покажи
БАТАЛИСТ
был баталист
очень строг но мил
карадаш очинил
взял бумаги лист
усадил на табурет
говорит значит так
я рисую твой портрет
смотри на мой кулак
дорисую покажу
что в нем держу
рисовал рисовал
вырисовывал
шуршал штриховал
язык высовывал
правый ус крутил
левый ус кусал
вдруг прекратил
видать устал
разжимает кулак
в кулаке пятак
забирай говорит убирайся
умирать идти собирайся
ШУРА И ДАНЯ
шура и даня
взяты и деты
раз и разуты
два и раздеты
дратути дети
что
бобэоби
громко ревете
оба же обэ
и оба ревут
вы уж ребята
тут не робейте
все на работе
заперты двери
ВСЁ
вери гуд
СКОРОМНАЯ ПЕСНЯ
жил да был царь дверей
домосед-cирота
cворотил с верей
все калитки-ворота
разломал в дрова
растоптал в щепу
стал фертом средь двора
орет денщику
оседлай ты мне коня
жеребца гнедого
будет свадьба у меня
парня молодого
я поеду поскачу
по самому по краю
отыскать себе хочу
писаную кралю
чтобы сиськи во
чтобы жопа во
чтобы волосы
цвета желтого
а денщик ему в ноги бросается
говорит хоть меня не касается
хоть такое не в нашем обычае
подскажу я вам ваше величие
есть такая девка рядом
в частном заведении
и собою и нарядом
просто заглядение
ну на кой вам самый край
если вон под боком рай
а вернетеся отоспитеся
обернется в чудо-витязя
полземли собой зачаруете
и не так еще зацарюете
ВЕНЧАЛЬНАЯ
в темной горнице по углам
ходят горлицы по углям
воркуют по-вороньи
о петре-февронии
а по самой по середке
в сорочке кружевной
заблудились две сиротки
молодые муж с женой
он носат да усат
а она красавица
почему еще не спят
горлиц не касается
ищет гоголь гоголицу
ангелицу многолицу
хочет суть ее и стать
жадно трогать и листать
а она скрывается
плачет надрывается
БРОДИЛКА-СТРЕЛЯЛКА
ваши все и наши все
шли на сашу по шоссе
жуткие смердячие
мертвецы ходячие
саша по полю пошла
саша девушку нашла
целочку из сказки
в самой лучшей смазке
ладную нарядную
десятизарядную
саша сушек не сосала
саша душу не спасала
обходилась в целом
оптическим прицелом
ЛАЗУТЧИК
...та земля заветная,
сверху незаметная,
заблудившаяся в дымке
полуяви-полусна,
человеку-невидимке
все отчетливей видна:
в небо тянутся деревья,
под деревьями трава,
за деревьями деревня
ни жива, ни мертва;
в доме белокаменном
с окошками низкими
сидят Ваньки Каины;
стол уставлен мисками,
штофами, стаканами —
ан не пьют, не едят,
истуканами сидят.
Одежи их черные,
бороденки узкие,
пряжки золоченые,
сами вроде русские,
говорят сквозь зубы,
видно: душегубы.
Что решают, непонятно,
но уж будет, как решат:
неотменно, непопятно,
неизбежно совершат.
ЖИГАН
гулял жиган по свету
бегал от ответа
бегал от ответа
за лихое дело
спрятал свое тело
подобрал чужое
тело молодое
в спину стреляное
в реку брошенное
босое нагое
оживало тело
рыбкой трепыхалось
за душу хватало
вымолвить пыталось
последнее слово
жиган молчал
в рот воды набрал
башкой мотал
в воду не глядел
правды не хотел
ЗАСЫПАЛКА
дыр бул щыл
сал бер йон рош
марр почил
кручёных тож
спит мышонок маршака
только я не сплю пока
убѣшщур
скум
вы со бу
умерщвлю в себе сову
я животное картошка
я растение паук
гад морской мужская кошка
тополь тополь я бамбук
я тарелка РЛС
шишел-мышел
р л эз
ЗАБЫВАЛКА
я забыл где был где не был
где не буду никогда
в бездне неба сонмы небул
и бессонница-звезда
свет осенний серо-синий
свет просеянный сквозь тьму
назову его россией
и забыть его возьму
ШУРОЧКА
наша шурочка
просто дурочка
в сердце дырочка
от окурочка
на руках, говорил
буду век носить
а сам покурил
и не стал гасить
плачет шурочка
где ж ты юрочка
в сердце дырочка
от окурочка
БЕЛЫЕ СТОЛБЫ
хоть поверьте хоть проверьте
хоть приставьте бы
наступают после смерти
белые столбы
здесь по цельсию плюс десять
полочный режим
соберетесь к нам оденьтесь
вместе полежим
ЗАКЛИНАНИЕ
дорогая сна посуда
забери меня отсюда
зачерпни испить устам
разреши остаться там
завершиться раствориться
никогда не повториться
***
по высоким небесам
по траве небесной
ходит царь
неместный сам
за своей невестой
царь бездомный
царь босой
царь в рубахе ветхой
деву с вострою косой
называет деткой
на краю большого рва
под стеной отвесной
слышит царь ее слова
до чего же здесь трава
хороша
отец мой
***
нас злодеи порешили
разрешили хоронить
бабы всё в мешки зашили
крепкий шов
живая нить
бабы шили
не шумели
не спугнули ни души
нам рогожные шинели
без подкладки хороши
***
крошечка-хаврошечка
матушку хоронила
матушку хоронила
свечку уронила
свечка не погасла
наземь не упала
в воздухе стояла
золотом сияла
крошечка-хаврошечка
на свечку смотрела
на свечку смотрела
и душой светлела
догорела свечка
а душа лучится
с девушкой хорошей
худа не случится
***
полюбил алеша водочку
позабыл про все дела
помещался с нею в лодочку
раздевался догола
весла плакали в уключинах
а потом лежали вдоль
и вполне благополучно
плыл алеша над водой
в руки брал свою красавицу
подносил ее ко рту
это только их касается
за какую красоту
за души какие качества
парень водочку любил
лежа навзничь в такт покачивался
ритм особенный ловил
с ней по небу плыл-беседовал
как свинцовый дирижабль
и без всякого без этого
брал за горло и держал
и покачивалась лодочка
и река в закат текла
и заканчивалась водочка
гладким холодом стекла
***
я цветок растущий шатко
ветер гнет меня к земле
под землей ветвится шахта
сотни веток на стебле
расцветают антрацитом
в желтом свете лобовом
я на это не рассчитан
в мире легком луговом
здесь совсем другие звезды
здесь совсем другая ночь
слышу как меня зовешь ты
чем скажи тебе помочь
стал ты бабочкой-шахтером
у тебя другой цветок
и фонарь светло с которым
и отбойный хоботок
***
— джонни джонни
кто мы кто мы?
— аня аня мы не мы
— где мы где мы?
— в детстве тёмы
— он достанет нас из тьмы?
— тёма всех из тьмы достанет
тёма всех спасет спасет
тьма пройдет и свет настанет
сто процентов сто пятьсот
— джонни кто же мы
— мы мемы
нас испытывает тьма
мы не те уж
— где же те мы?
— а как думаешь сама?
— джонни джонни я не в теме
джонни джонни я во тьме
может быть я в VR-шлеме
может в громе я в уме
совершенном в тексте коптском
может я абзац пробел
в джойсе в кафке в маяковском
— продолжай я оробел
— джонни джонни
почему же
мы не немы почему
почему нам здесь не хуже
ждать чем той или тому
ждать чем геку или тому
чебурашке или че
чингачгуку запятому
сну в иване ильиче
джонни джонни
дай ладони
мне горячие свои
— аня слышишь скачут кони
как щекочут соловьи
тёма он большой молодец
он огромный молодец
он пронзает тьмы колодец
словно вилка холодец
выпил водки наконец